Что будет со спросом на дроны-перехватчики?
На фронтах, нынешних и будущих, набирают популярность БПЛА-перехватчики, как наиболее дешёвый и эффективный способ уничтожать дроны. Эксперты говорят, что примерно через три года спрос на такие беспилотники может достигнуть 50 тысяч в месяц.
За последнюю неделю сразу две европейские компании продемонстрировали свои новые дроны-перехватчики. Первый, от голландской Hope Industries предназначен, чтобы догонять и уничтожать российские «Герани». Он развивает скорость до 350 км/ч и оснащён визуальным и тепловым наведением: после захвата цели дрон управляется автономно, без помощи оператора. Фирма Marss разработала дрон Interceptor-MR. Он развивает скорость до 290 км/ч, не несёт никакой полезной нагрузки и создан, чтобы уничтожать беспилотники тараном. При этом, по задумке авторов, после тарана он не должен взрываться, а открывает парашют и спускается на землю, что предполагает его повторное использование.
Сетевой источник Mashnews отмечает, что главная ценность этих изделий в том, что они дешевле ракет ПВО. Российские военные, которые занимаются предотвращением «залётов» украинских беспилотников, подтверждают, что самый эффективный способ сбить дрон – протаранить его другим дроном.
«Тут летают «Бабы-Яги» (агробеспилотник, переделанный под военный, отличается высокой грузоподъемностью) совместно с крыльями (БПЛА типа летающее крыло), как с ними бороться? ФПВ-шками с хорошими камерами – чтобы они летели и тараном их сбивали. И до этого все доходят очень долго, хотя это лежит на поверхности. Вот эти налёты на наши города потому и происходят. В режиме ротации роты БПЛА надо выводить в тыл. Вот летит крыло, как ты его собьёешь? Мобильными группами с тяжёлыми пулеметами? Если оно летит на высоте километра, то фиг ты его собьёшь. Сбивать с ПЗРК? Так ПЗРК берёт не все крылья, если это не «Верба», да и «Верба» не все. Плюс «Верб» очень мало. «Игла» берёт мало, да и дорого это», - рассуждает лейтенант с позывным Факел, участник СВО.
Украина первой начала применять перехватчики в ходе СВО – примерно в июне 2024 года. Россия наладила производство к зиме 2025 года. Сейчас сказать, у кого преимущество в этой сфере, эксперты не берутся. «Благодаря высокой мобильности подразделений БПЛА, любая из сторон может создать временный перевес в количестве перехватчиков на ограниченном участке фронта», - говорит глава ЦБСТ (Центр беспилотных систем и технологий) Андрей Безруков.
Сначала появились спецприспособления для дронов. Например, сеткомёты. Один из наиболее известных – «Осоед» – применялся уже в 2023 году. Для использования надо приблизиться к дрону-противнику и выпустить в него тяжёлую шестиметровую сеть (стоимость одного устройства – 50 тыс. рублей).
Первые дроны-перехватчики с системой автонаведения в апреле 2024 года представил новгородский НПЦ «Ушкуйник».
«Он подлетает, дальше или сам его [дрон противника] таранит и взрывается, или выпускает сетку, или ещё что-то. Есть много разных наработок, ведущихся независимо друг от друга разными командами. Эта тема находится в фокусе внимания сейчас», – говорил тогда глава НПЦ Алексей Чадаев.
На пятки «Ушкуйнику» стал наступать Центр «Ривир», который в августе того же года заявил о разработке своего БПЛА, способного догонять и уничтожать другие дроны. Он развивает скорость до 300 км/ч. Далее свои наработки стали демонстрировать и другие производители: в августе 2025 года ЦБСТ представил перехватчик «Скворец ПВО» (скорость до 270 км/ч), а «Алмаз-Антей» показал стреляющий дрон-перехватчик.
По оценке главы ЦБСТ, сейчас спрос в России составляет около тысячи БПЛА-перехватчиков в месяц, что довольно много, учитывая новизну этого типа дронов.
«Производство дронов-перехватчиков в России было налажено зимой 2025 года, и с того момента активно наращиваются его темпы, растет количество предприятий-изготовителей и разработчиков. Изначально Россия была вынуждена догонять противника, а понимание высокой эффективности этого средства пришло после анализа собственных потерь. Однако удалось сразу перейти к использованию перехватчиков разных типов: классических квадрокоптеров и более скоростных самолетных схем (условно «электроракетных»), которые показывают большую эффективность в перехвате дронов противника», – утверждает Андрей Безруков.
Несмотря на эффективность, существующие дроны – это не совсем то, чем должен быть идеальный перехватчик.
«В данный момент успешных серийных реализаций автоматического наведения дрона-перехватчика на дрон не существует. Есть опытные образцы, которые используют элементы автоматизации. То есть в идеале картинка такая: средства РЭР обнаруживают дрон, дают сигнал зенитному дрону, который вылетает в район обнаружения угрозы, определяет угрозу, наводится на неё и поражает. Такая история серийно не существует. Сейчас всё зависит от мастерства оператора», – отмечает основатель Учебного центра беспилотной авиации и робототехники Максим Кондратьев.
Он полагает, что полностью автоматизированная продукция в серийном виде появится через три года. Единственное, что может помешать росту, – успешные действия Министерства обороны.
«Очень важно: не нужно считать зенитные дроны панацеей. Минобороны начало системную работу по выявлению точек старта дронов на территории Украины. Недавно на такой точке в приграничье было уничтожено около 100 БПЛА «Лютый» – машины, которые их привезли, весь персонал, всё техническое оснащение. Наши вооружённые силы работают над тем, чтобы уничтожать дроны до старта, а не бороться с последствиями. Если эта работа выйдет на системный уровень, то нагрузка на средства ПВО и РЭБ может резко упасть, и в зенитных дронах не будет необходимости. Но как класс они все равно полноценно возникнут через три года. Вопрос – как модернизируется спрос на них», – говорит собеседник.
Андрей Безруков дополняет, что перехватчики могут использоваться в том числе и в наступательных действиях, исполнять роль камикадзе. Они хоть и будут дороже, но быстрее и эффективнее обычных ударных БПЛА.
«По мере их внедрения в ударные сценарии, потребное количество может достигать 50 и более тысяч в месяц, что составит существенную долю (до трети или четверти) от общего парка ударных БПЛА», – рассуждает эксперт.
Андрей Безруков подчеркивает, что и без армии дроны будут востребованы, но как быстро они появятся «на гражданке», зависит от скорости внедрения их в войска.
Производители перехватчиков могут поставлять их для нефтеперерабатывающих заводов (НПЗ), которые регулярно атакуют украинские БПЛА. Однако пока это невозможно ввиду отсутствия правовой базы.
«Ключевое различие в том, что РЭБ — это пассивное средство защиты (подавление), а перехватчик — активное (уничтожение). Они не конкурируют друг с другом, а действуют синергетически, дополняя друг друга в системе противодействия БПЛА», - заключает Безруков.